О постмодернизме

Иванова Т.А.

Самая главная идея постмодернизма - это критика. И критике, прежде всего, подвергаются абсолютные истины. Например, религиозные истины, жесткие социальные истины. Истина ставится в кавычки, потому что постмодернисты считают, что единой истины для всех нет, их много, для каждого своя. А из утверждения единой истины растут ноги у тоталитаризма и фашизма, потому что если есть единая истина, все, что ей не соответствует, отбрасывается или уничтожается. Единые и неоспоримые истины включаются в "метанарративы".

Конец истории.
До христианства к истории был циклический подход, что циклы сменяют друг друга. А в христианстве этот подход сменился на линейный - что у истории есть начало, точка отсчета, есть конец, к которому мы стремимся, и время, как стрела, движется из начала в конец. 

Во всех "истинах" происходит разочарование после Первой и Второй мировых войн. Постмодернисты считают, что воплощение подхода поиска единой истины - это фашизм, ужасы, издевательства, истребления людей. 

Подвергаются критике любые авторитеты, социальные институты - школы, больницы, тюрьмы. В самых древних обществах психически больные люди были интегрированы, им в обществе было место. Позже их начинают собирать вместе и избавляться от них, куда-то ссылать. Даже такое выражение было - "корабль дураков", когда их всех собирали в корабль и отправляли в открытое плавание. А ближе к современности их начали пытаться исправлять. И социальные институты направлены на штамповку - нормировать, выпускать правильных людей пачками, если неправильный - выправлять. Как будто готовятся детали для огромной машины массового производства. 

Рассматриваются понятия общества спектакля и общества потребления. Общество спектакля - это желание хлеба и зрелищ. Люди любят катастрофы, бедствия, поэтому для хорошего пиара, чтобы медиа жить, приходится постоянно акцентировать внимание на этих событиях, а то и моделировать их. Людям как будто все время скучно, они ищут чего-то, что бы стимулировало их, вырывая из повседневности. 

Любые иерархии, соподчиненные структуры у постмодернистов критикуются. В том числе понятие субъекта. Субъект возник, чтобы кто-то мог нести ответственность за то, что он делает, чтобы было, кого наказывать. Чтобы человек понимал, кто он такой и что ему грозит, если он не будет держать определенную идентичность. И постмодернисты ставят вопрос - а есть ли субъект, центр, эго или это тоже часть тоталитаризма и соподчиненных отношений, рупор для того, чтобы вещать "вечные истины"? Вместо субъекта появляется ризома - образование, которое не имеет центра, как корень, у которого много ветвей. 

Вместе с субъектом "умирает" и автор. С текстов, книг, произведений тоже снимается тоталитарность, уже не ставится вопрос "что хотел сказать автор", а текст воспринимается, как оживающий только благодаря читателю. И текст может бесконечно перечитываться разными людьми, в него могут вкладываться все новые смыслы, в нем раскрываются новые грани, которые автор и не думал закладывать. Произведение, отделенное от автора, начинает жить своей жизнью, автор децентрируется, уходит в тень, исчезает. 

В постмодернизме критикуются психоанализ, религии, авторитеты, но на смену им ничего не предлагается. Это разрушение, но вместо разрушенного не конструируется ничего нового. Поэтому в постмодернизме нет ресурса, это голая критика.