Дзенские притчи

В чем разница?

Как-то у Бодхидхармы спросили: "Какова разница между жизнью великого мудреца и обыденной жизнью заурядного человека?"
Бодхидхарма ответил: "Это подобно осенней паутине. Некоторые ошибочно принимают её за пар, но в действительности это паутина, парящая в воздухе. Средний человек видит мудреца и считаетего жизнь такой же, как и его собственная обычная жизнь, в то время как просветлённый человек видит нечто святое в жизни среднего человека".
 
Абсолютная осознанность
В Японии в воинах воспитывают бдительность, осознанность. Это является основой обучения, всё остальное - второстепенно. Искусство фехтования, искусство стрельбы из лука - лишь способы развитьбдительность.
О великом Мастере Риндзае рассказывают, что он не всегда добивался успеха в стрельбе из лука. Его стрелы часто пролетали мимо цели. А он был известен, как один из величайших лучников. Когдаспрашивали: "Почему он считается великим лучником?", - его ученики отвечали:
- Это не конечная цель, это начало. Мы не имеем отношения к стреле, достигающей цели, мы имеем отношение к стреле, начинающей свой путь.
Среди учеников Риндзая был известный лучник. Ежедневно он учился стрелять из лука, и все его стрелы попадали точно в цель. Риндзай говорил ему:
- Нет, это неудача. Технически стрела вылетает правильно, но ты не весь здесь. Ты теряешь бдительность в своём сне.

Однажды Риндзаю доложили, что к ним пришёл неизвестный Мастер, который демонстрирует величайшее искусство стрельбы из лука. Риндзай пошёл посмотреть. И действительно, человек поражал своим мастерством.

Когда он прицелился и натянул тетиву, на его локоть поставили чашку с водой, и он начал стрелять. Когда первая стрела поразила цель, вторая была уже в тетиве, и за ней сразу последовла третья. Сам он при этом даже не шелохнулся.
Мастер, посмотрев на это сказал:
- Техника твоей стрельбы хороша, но это всего лишь техника. Ты выглядишь как статуя только снаружи. Пойдём сейчас на высокую гору, встанем на скалу, выступающую над пропастью, и тогда ты будешь стрелять.
Они взобрались на гору. Стоя на скале, выступающей над пропастью в тысячу метров глубиной, Учитель отступил назад, пока одна треть его ступней не повисла над пропастью. Потом он предложил встать лучнику рядом и стрелять. Тот подошёл, взглянул вниз, ноги его задрожали, лицо побледнело.
Мастер, продолжая стоять над пропастью, сказал:
- Совершенный человек поднимается над голубым небом, ныряет в жёлтый источник или странствует во всех восьми пределах мира, и в его душе нет признаков изменения. Но ты был обманут признаками дрожи, твои глаза ошеломлены. И ты надеешься поразить Цель?
 
Бокудзю и ручей
Один дзенский монах, Бокудзю, говорил: "Иди и пересеки ручей, но не позволяй воде прикоснуться к тебе".
А через ручей около его монастыря не было никакого моста. Многие пытались сделать это, но когда они пересекали ручей, то, конечно же, вода прикасалась к ним. Поэтому однажды один монах пришёл к нему и сказал:
- Вы задали нам неразрешимую задачу. Мы пытаемся пересечь этот ручей; через него нет никакого моста. Если бы был мост, то мы, конечно же, пересекли бы ручей, и вода не прикоснулась бы к нам.
И Бокудзю сказал:
- Я пойду и пересеку его, а вы наблюдайте.
И Бокудзю пересёк ручей.
Вода, конечно, прикоснулась к его ногам, и они сказали:
- Смотрите, вода прикоснулась к вам!
Бокудзю сказал:
- Насколько я знаю, она не прикоснулась ко мне. Я был просто свидетелем. Вода прикоснулась к моим ногам, но не ко мне. Я был просто свидетельствующим.
 
Вор, ставший учеником
Однажды вечером, когда Ситиро Кодзюн читал сутры, вошёл вор с острым мечом и сал требовать или деньги, или жизнь. Ситиро сказал ему:
- Не мешай мне, можешь взять немного денег в этом ящике.
И он продолжил своё чтение. Через некоторое время он остановился и сказал:
- Не забирай всё. Мне нужно немного денег, чтобы заплатить завтра налоги.
Незванный гость забрал большую часть денег и собрался уходить.
- Когда тебе делают подарок, надо благодарить, - добавил Ситиро.
Человек поблагодарил и ушёл. Через несколько дней его поймали, и, среди других, он сознался в преступлении против Ситиро. Когда Ситиро позвали как свидетеля, он сказал:
- Этот человек не вор, по крайней мере, в отношении меня. Я дал ему денег, и он поблагодарил меня за них.
После того, как закончился тюремный срок, человек пришёл к Ситиро и стал его учеником.
 
Хлопок одной ладони
Настоятелем монастыря Кэннин был Мокурай - Безмолвный Гром. У него был любимец по имени Тое, которому было всего двенадцать лет. Тое видел, как другие ученики каждое утро и каждый вечер приходят к учителю за указаниями по сандзэн - индивидуальному наставлению, когда ученику задаётся коан, упражнение для остановки блужданий ума. Тое тоже захотел себе сандзэн.
- Подожди немного, - сказал Мокурай, - ты ещё слишком мал.
Но ребёнок так настаивал, что учитель, наконец, согласился.
Вечером в назначенный час маленький Тое пришёл к Мокураю за сандзэн. Он сообщил о своём приходе ударом в гонг, не переступая порога, трижды почтительно поклонился и сел перед учителем, сохраняя вежливое молчание.
- Ты можешь слышать звук двух хлопающих ладоней, - сказал Мокурай. - Покажи мне, как звучит одна. Тое поклонился и ушёл в свою комнату размышлять над задачей.
Из окна слышалась музыка гейш.
- Ага, нашёл! - воскликнул он.
На следующий вечер, когда учитель попросил его показать хлопок одной ладони, Тое стал играть музыку гейш.
- Нет, нет, - сказал Мокурай, - не годится. Это вовсе не хлопок одной ладони. Ты ничего не понял.
Решив, что музыка может ему мешать, Тое перебрался жить в тихое место. Он медитировал снова. Что же может быть хлопком одной ладони? Вот он случайно обратил внимание на звук капающей воды. "Есть", - догадался Тое. Придя снова к учителю, он изобразил этот звук.
- Что? - спросил Мокурай. - Это же звук капающей воды, но не хлопок одной ладони. Попробуй ещё.
Напрасно Тое медитировал снова, стараясь расслышать звучанье одной ладони. Он слышал звук ветра, но и этот звук был отвергнут. Он слышал крик совы, но и это не подошло. И шелест саранчи также не был звучаньем одной ладони.
Больше десяти раз приходил Тое к Мокураю с разными звуками. Все они не годились. Почти целый год размышлял он о том, чем может быть звучанье одной ладони. Наконец Тое вошёл в настоящую медитацию и оказался за пределами всех звуков.
- Я больше уже не мог собирать звуки, - объяснял он потом, - и поэтому достиг беззвучного звука.
Тое постиг звучанье одной ладони.
 
Чашка чая
Нан-Ин, японский мастер дзэн, живший в эру Мэйдзи (1868 - 1912), принимал как-то у себя профессора университета, пришедшего порасспросить его о дзэн.
Нан-Ин разливал чай. Налив гостю полную чашку, он продолжал лить дальше. Профессор смотрел на льющийся через край чай и, наконец, не вытерпев, воскликнул:
- Она же полна. Больше не входит!
- Вот как эта чашка, - ответил Нан-Ин, - и вы наполнены своими мнениями и суждениями. Как же могу я показать вам дзэн, пока вы не опрожните свою чашку?
 
Уход Бокудзю
Почувствовав, что пришло время уходить, Бокудзю - один самых известных мастеров - собрал своих учеников и объявил им о своём намерении. А после этого сказал:
- Вы все хорошо знаете меня. И вам известно, что всю свою жизнь я ничего ни за кем не повторял. Сейчас мне нужен ваш совет. Знаете ли вы какой-нибудь необычный способ ухода из жизни?
Один ученик предложил:
- Мастер, может быть, вы умрёте в позе лотоса?
Но тут другие ученики заворчали:
- Многие мудрецы умирали в позе лотоса, это совсем не ново и совсем не оригинально.
Другой ученик сказал:
- Ну, вы можете умереть стоя.
Они обсуждали это так, словно это была игра. И кто-то вновь возразил:
- Нет, были и такие, которые умирали стоя. Это тоже будет повторением.
Тогда кто-то предложил:
- Тогда остаются только одно - умереть, стоя на голове. Думаю, что такого ешё никто не делал.
Тут Бокудзю улыбнулся и сказал:
- Вот это мне подходит. Прощайте, друзья мои!
После этого он встал на голову и умер.
Ученики оторопели. Всё произошло так неожиданно, так быстро. Они думали: "И что делать с телом, которое стоит на голове? Наш Мастер такой чудак... Мог бы сказать нам, что теперь следует делать". Так они сидели в растерянности, пока кто-то не нашёл выход.
- Послушайте, его старшая сестра монахиня живёт в женском монастыре неподалёку. Давайте лучше позавём её, а то мы можем сделать что-нибудь не так. А будет очень нехорошо, если мы сделаем что-то не так с нашим Мастером.
Двое учеников стремглав кинулись за сестрой Бокудзю. Это была его старшая сестра. Она пришла в большом гневе, закричав с самого порога:
- Он всю свою жизнь был хулиганом, и никогда не вёл себя как нормальный человек. Но я никогда не думала, что он и умирать будет по-хулигански. Это уже слишком. Где он?
Ученики расступились перед нею, и, подойдя к стоящему на голове телу, монахиня сказала:
- Бокудзю, ты идиот! Ты стал просветлённым, но не забросил свои выходки. Опускайся, ложись на кровать, и умирай как все нормальные люди.
Бокудзю пришлось подчиниться: ведь нужно слушаться свою старшую сестру. Ученики не верили своим глазам! Они же проверяли - он не дышал, и сердце его не билось!
Бокудзю опустился, лёг на кровать и сказал своей сестре:
- Ну, хорошо, можешь идти, не беспокойся. Я умру, как положено.
Сестра ушла, и он тут же умер, как положено. Ученики снова проверили. Всё было по-прежнему - ни дыхания, ни пульса.
 
Ты - Будда
В Токио, в эру Мейдзи, жили два известных учителя, различных по характеру. Один из них, Унто, учитель из школы Сингон, тщательно соблюдал все заповеди Будды. Он никогда не пил возбуждающих напитков и не ел после 11 часов утра. Другой учитель, Тодзан, профессор философии императорского университета, никогда не соблюдал заповедей. Он ел, когда хотел, спал, когда хотел, даже днём.
Однажды Унто навестил Тодзана, который в это время пил вино, даже к капле которого не должен был прикасаться язык буддистов.
- Приветствую тебя, брат, - сказал ему Тодзан. - Не хочешь ли выпить?
- Я никогда не пью, - важно сказал Унто.
- Кто не пьёт, тот даже не человек, - сказал Тодзан.
- Неужели ты считаешь меня не человеком только потому, что я не пью отравы? - воскликнул Унто в гневе. - Если я не человек, то кто же я?
- Будда, - ответил Тодзан.
 
Суть Дзэн
Дзэн - это творческое состояние, возникающее, когда "жаждущий припадает к источнику Бытия". Словами это невозможно передать, но Мастера стремятся выразить это примером своей жизни, как бы говоря: "К чему слова? Делай, как я!"
Ум - это постоянные вопросы и ответы. У пытливого человека должны быть вопросы, но если он примет ответ - вопрос умрёт. Вопросы должны оставаться. Один вечный вопрос к Бытию и один вечный, непрерывный ответ Бытия.
Один учёный пришёл к Будде и задал сразу множество вопросов. Будда спросил его:
- Вы пришли искать или задавать вопросы?
Учёный ответил:
- Какая разница? Вопрос - это и есть поиск!
Будда сказал:
- Разница такая же, как при соизмеримости Небес и Земли. Поиск - это жажда, а вопрос - это игра ума.
Дзенское хокку говорит:
Дикие гуси летят через озеро.
Озеро, конечно, отражает их.
Гуси не просят: "Отрази нас".
Озеро не говорит:
"Спасибо, что вы прилетели отразиться во мне".
 
Сочувствие Бокудзю
Бокудзю шёл с учениками в храм после утренней прогулки. Сзади подошёл какой-то человек, сильно ударил его палкой по спине и убежал. Бокудзю даже не обернулся; он продолжал свою прогулку. Ученик был потрясён. Он сказал:
- Почему вы не реагируете? Что с вами? Этот человек ударил вас так сильно, а вы даже не оглянулись!
Бокудзю сказал:
- Это его проблема. Он, должно быть, сумасшедший, бедняга. Я очень сочувствую ему. Я не могу посмотреть назад, потому что он уже сумасшедший; мой взгляд сделает его ещё более сумасшедшим. Придя домой, он может почувствовать вину, подумать, что я осуждаю его. Нет, это не гуманно. Он и так в беде. Нет необходимости создавать ему новые проблемы.
 
Пустая лодка
Лин-Чи рассказывал:
Когда я был молодым, мне нравилось плавать на лодке. У меня была маленькая лодка: в одиночестве я отправлялся плавать по озеру и мог часами оставаться там.
Однажды я сидел с закрытыми глазами и медитировал. Была прекрасная ночь. Какая-то пустая лодка плыла по течению и ударилась о мою. Во мне поднялся гнев! Я открыл глаза и собирался обругать побеспокоившего меня человека, но увидел, что лодка пуста. Моему гневу некуда было двигаться. На кого мне было его выплёскивать? Мне ничего не оставалось делать, как вновь закрыть глаза и начать присматриваться к своему гневу. В тот момент, когда я увидел его, я сделал первый шаг на моём Пути.
В эту тихую ночь я подошёл к центру внутри себя. Пустая лодка стала моим учителем. С тех пор, если кто-то пытался обидеть меня и во мне поднимался гнев, я смеялся и говорил:
- Эта лодка тоже пуста.
Я закрывал глаза и направлялся внутрь себя.
 
Просто стою
Один адепт дзэн-буддизма стоял на вершине холма рано утром в одиночестве. Он стоял, не двигаясь, одинокий, как холм. Мимо проходили трое, которые вышли на утреннюю прогулку. Они посмотрели на этого человека и пришли к разным выводам по поводу того, что он делает.
Один сказал:
- Я знаю этого монаха. Когда-то у него потерялась корова. Вот он стоит здесь, смотрит с холма, где она.
Второй сказал:
Но, судя по тому, как он стоит, он вообще не смотрит. Он не движется, его глаза, похоже, почти закрыты. Таким образом, человек не ищет что-то. Я думаю, он совершал утреннюю прогулку с приятелем, и тот отстал. Он ждёт, пока приятель подойдёт.
Третий сказал:
- Похоже, что причина не в этом, так как, если кто-нибудь ждёт кого-то, он иногда оглядывается, чтобы посмотреть, идёт ли приятель или нет. Но он совсем не двигается, он не оглядывается. Он не ожидает, это не поза ожидающего человека. Я думаю, он молится или медитирует.
Они настолько разошлись во мнениях и настолько возбудились по этому поводу, что решили подойти и спросить его самого.
Они добрались до него, и первый спросил:
- Ты ищешь корову? Ведь я знаю, что когда-то ты её потерял и теперь должен её найти.
Человек открыл глаза и сказал:
- Я ничем не обладаю, поэтому и ничего не может быть утеряно. Я не ищу ни корову, ни что-либо ещё.
Второй сказал:
- Тогда, должно быть, прав я. Ты ждёшь друга, который отстал.
Человек ответил:
- У меня нет друзей и врагов, как я могу ждать кого-нибудь? Я совершенно одинок, и никто от меня не отставал, так как никого нет.
Тогда третий сказал:
- Значит, прав я, потому что других возможностей нет. Я думаю, ты молишься, медитируешь.
Человек засмеялся:
- Ты - самый глупый, ведь я не знаю никого, кому мог бы молиться, и у меня нет никакого объекта достижения. Как я могу медитировать?
Тогда все трое одновременно спросили:
- Что же ты тогда делаешь?
- Я просто стою и ничего не делаю, - ответил человек.
 
Одним словом
Путешествуя, правитель зашёл к Мастеру, чтобы засвидетельствовать ему своё почтение.
- Меня ждут государственные дела, у меня нет времени на долгие разговоры, - сказал он. - Можешь ли ты изложить суть религии в двух словах - для такого занятого человека, как я?
- Для Вашей Светлости я могу выразить это и одним словом.
- Невероятно! Скажи мне скорей это необыное слово!
- Молчание.
- А как достичь Молчания?
- Медитацией.
- А могу я узнать, что такое медитация?
- Молчание.
 
Ничто не существует
Ямаока Тесю, будучи молодым учеником Дзэн, посещал одного учителя за другим.
Однажды он пришёл к Докуону.
Желая показать свои знания, он сказал:
- Разум, Будда, чувственное бытиё - все они на самом деле не существуют. Истинная природа явлений - пустота. Не существуют ни воплощения, ни заблуждений, ни мудрости, ни посредственности. Ничто нельзя дать, ничего нельзя взять.
Докуон, который спокойно курил, ничего не сказал.
Внезапно он сильно ударил Ямаоку по голове. Юноша очень разозлился.
- Если ничего не существует, - спросил Докуон, - откуда же эта злость?
 
Не оставлять следов
Умирая, дзэнский монах Бокудзю попросил своих учеников принести все его книги, всё, что он написал, и всё, что он сказал. Всё это было сложено, но они не могли понять, что он собирается делать. А он начал сооружать из книг костёр.
Ученики начали кричать и вопить.
Бокудзю, видя такое, сказал:
- Я собираюсь уходить и не хочу оставлять за собой следов. Я не должен оставить ни одного отпечатка своих ног. Отныне тот, кто пожелает следовать за мной, должен будет следовать за собой. Тот, кто захочет понять меня, должен будет понять себя. Вот почему я уничтожаю эти книги.
 
Жизнь, а не логика
Однажды монах Лин-чи удивил всех. Когда умер его учитель, Лин-чи расплакался. Он стоял, и слёзы текли по его щекам. Его друзья недоумевали:
- Что ты делаешь? Здесь собралось столько людей, и все они шокированы твоим поведением. Их мысли написаны у них на лицах: "Невероятно! Этого просто не может быть! Лин-чи плачет! Мы думали, что он полностью непривязан и его дух свободен. И вот теперь он плачет! Он сам учил нас, что душа бессмертна, что умирает только тело; что тело это материальная оболочка, которая изнашивается и возвращается в землю. Почему же сегодня он плачет?" И мы, твои друзья, тоже не можем понять тебя. Ты учил, что ключом является непривязанность. Почему же ты привязан к своему учителю?
На это Лин-чи ответил:
- Ваш вопрос логичен. Но что мне делать? Слёзы текут, и я плачу. Для меня самого было открытием, что я плачу. Я сам удивлён. Но что я могу поделать? Так во мне проявляется жизнь. И я не стану подавлять её проявления. Я всегда принимал её целиком.
 
Дзэн кочерги
Мастер Хакуин имел обыкновение говорить своим ученикам о старухе, державшей неподалёку чайный магазинчик. Он всячески хвалил и подчёркивал её глубокое понимание дзэн. И, как правило, ученики, заинтригованные его рассказом, вскоре шли в магазин посмотреть на старуху.
Когда бы старуха ни встречала посетителей, она сразу могла сказать, пришли ли они к ней попить чаю или же увидеть её понимание дзэн.
В первом случае она любезно поила их чаем, а во втором она таинственным шёпотом просила пройти за ширму. Как только они заходили туда, она со всей силы била их кочергой. Девять из десяти не могли избежать её ударов.
 
Ворота устали
Один сановник должен был прийти к Бокудзю в назначенное время, но опоздал. Бокудзю спросил его:
- Почему Вы задержались?
Тот ответил, что играл в поло.
Мастер спросил:
- Кто бьёт по мячу, наездник или лошадь?
- Наездник.
- Он устал?
- Да, он устал.
- А лошадь?
- Лошадь тоже устала.
Затем Бокудзю спросил:
- А ворота устали?
Озадаченный чиновник ушёл домой. Весь вечер он размышлял над странным вопросом. Ночью к нему неожиданно пришло решение. Ранним утром он пришёл к Мастеру.
Бокудзю опять спросил:
- Устали ли ворота?
- Да, устали.
Бокудзю рассмеялся и сказал:
- Ты прав.