Об альтруизме и эгоизме

Иванова Т.А.

Исследовала недавно тему альтруизма и обнаружила в ней много любопытного. Например, в одной из диссертационных работ есть исследование, подтверждающее, что альтруизм представляет собой явление генетическое и рецессивно наследуемое. Соотношение т.н. "природных" альтруистов к эгоистам - 1:15. Т.е. максимум, чему может научиться человек, не обладающий этим врождённым качеством, основанном на способности к эмпатии, - поведению и навыкам, оттормаживанию эгоистичных импульсов. Но при изменении внешних условий должна проявиться его истинная сущность, которую не подвергнешь никаким трансформациям. 

В свете этой информации встаёт вопрос о том, что же считать более ценным и достойным восхищения - генетически обусловленный альтруизм, который никак не зависит от воли человека, либо подавляемые волевыми усилиями эгоистичные импульсы? Но во втором случае ради чего они подавляются, возможна ли такая ситуация в принципе, если в ней нет расчёта на получение выгоды? Не говорит ли сам факт подавления ради более высокого мотива о том, что изначально этот мотив и выбирается, т.к. способность к его переживанию вполне себе доступна? Доступна ли она генетическим эгоистам?

Также, в исследованиях ставится вопрос о выживаемости альтруистов, и в крайних вариантах она довольно низка, исходя из чего аномальная степень альтруизма, если и появляется, не сохраняется надолго.

Но с метафизической точки зрения, альтруизм связывают с витальностью, которая поддерживает жизнь и понимается не инстинктивно, а духовно в том числе, т.е. с той трансцендирующей витальностью, в которой есть ресурс для аскезы. Эгоизм же связывается с танатальным началом, поскольку его целью является уничтожение объектов, мешающих достижению блага, разрушение своего окружения, а, следовательно, он способствует увеличению энтропии и несправедливости, уменьшению разнообразия мира (приведению его к однородной массе) и регрессу.

Последнее противоречие наиболее интересно. Достижение метафизического равновесия коррелирует со снижением физической выживаемости? И вот это уже весьма по-шопенгауэровски. Как и понятие духовной витальности, сила которой в аскезе.